Горький Стихи О Любви — подборка стихотворений

Горький Стихи О Любви — подборка стихотворений

Горький Стихи О Любви — подборка стихотворений
СОДЕРЖАНИЕ
0
09 мая 2021

ПЕСНЯ О БУРЕВЕСТНИКЕ Над седой равниной моря ветер тучи собирает. Между тучами и морем гордо реет Буревестник, черной молнии подобный.

То крылом волны касаясь, то стрелой взмывая к тучам, он кричит, и — тучи слышат радость в смелом крике птицы.

В этом крике — жажда бури! Силу гнева, пламя страсти и уверенность в победе слышат тучи в этом крике.

Чайки стонут перед бурей,- стонут, мечутся над морем и на дно его готовы спрятать ужас свой пред бурей.

И гагары тоже стонут,- им, гагарам, недоступно наслажденье битвой жизни: гром ударов их пугает.

Глупый пингвин робко прячет тело жирное в утесах. Только гордый Буревестник реет смело и свободно над седым от пены морем!

Все мрачней и ниже тучи опускаются над морем, и поют, и рвутся волны к высоте навстречу грому.

Гром грохочет. В пене гнева стонут волны, с ветром споря. Вот охватывает ветер стаи волн объятьем крепким и бросает их с размаху в дикой злобе на утесы, разбивая в пыль и брызги изумрудные громады.

Буревестник с криком реет, черной молнии подобный, как стрела пронзает тучи, пену волн крылом срывает.

Вот он носится, как демон,- гордый, черный демон бури,- и смеется, и рыдает. Он над тучами смеется, он от радости рыдает!

В гневе грома,- чуткий демон,- он давно усталость слышит, он уверен, что не скроют тучи солнца,- нет, не скроют!

Ветер воет. Гром грохочет.

Синим пламенем пылают стаи туч над бездной моря. Море ловит стрелы молний и в своей пучине гасит. Точно огненные змеи, вьются в море, исчезая, отраженья этих молний!

— Буря! Скоро грянет буря!

Это смелый Буревестник гордо реет между молний над ревущим гневно морем; то кричит пророк победы:

— Пусть сильнее грянет буря. 1901

Путешествие в Страну Поэзия.
Ленинград: Лениздат, 1968.

* * * 1901 (?)

Строфы века. Антология русской поэзии.
Сост. Е.Евтушенко.
Минск, Москва: Полифакт, 1995.

* * * 1888

Русская поэзия серебряного века.
1890-1917. Антология.
Ред. М.Гаспаров, И.Корецкая и др.
Москва: Наука, 1993.

* * * Начало 1890-х годов

Русская поэзия серебряного века.
1890-1917. Антология.
Ред. М.Гаспаров, И.Корецкая и др.
Москва: Наука, 1993.

ПЕСНЯ О СОКОЛЕ Море — огромное, лениво вздыхающее у берега,- уснуло и неподвижно в дали, облитой голубым сиянием луны. Мягкое и серебристое, оно слилось там с синим южным небом и крепко спит, отражая в себе прозрачную ткань перистых облаков, неподвижных и не скрывающих собою золотых узоров звезд. Кажется, что небо все ниже наклоняется над морем, желая понять то, о чем шепчут неугомонные волны, сонно всползая на берег.

Горы, поросшие деревьями, уродливо изогнутыми норд-остом, резкими взмахами подняли свои вершины в синюю пустыню над ними, суровые контуры их округлились, одетые теплой и ласковой мглой южной ночи.

Горы важно-задумчивы. С них на пышные зеленоватые гребни волн упали черные тени и одевают их, как бы желая остановить единственное движение, заглушить немолчный плеск воды и вздохи пены,- все звуки, которые нарушают тайную тишину, разлитую вокруг вместе с голубым серебром сияния луны, еще скрытой за горными вершинами.

— А-ала-ах-а-акбар. — тихо вздыхает Надыр-Рагим-Оглы, старый крымский чабан; высокий, седой, сожженный южным солнцем, сухой и мудрый старик.

Мы с ним лежим на песке у громадного камня, оторвавшегося от родной горы, одетого тенью, поросшего мхом,- у камня печального, хмурого. На тот бок его, который обращен к морю, волны набросали тины, водорослей, и обвешанный ими камень кажется привязанным к узкой песчаной полоске, отделяющей море от гор. Пламя нашего костра освещает его со стороны, обращенной к горе, оно вздрагивает, и по старому камню, изрезанному частой сетью глубоких трещин, бегают тени.

Мы с Рагимом варим уху из только что наловленной рыбы и оба находимся в том настроении, когда все кажется прiзрачным, одухотворенным, позволяющим проникать в себя, когда на сердце так чисто, легко и нет иных желаний, кроме желания думать.

А море ластится к берегу, и волны звучат так ласково, точно просят пустить их погреться к костру. Иногда в общей гармонии плеска слышится более повышенная и шаловливая нота — это одна из волн, посмелее, подползла ближе к нам.

Рагим лежит грудью на песке, головой к морю, и вдумчиво смотрит в мутную даль, опершись локтями и положив голову на ладони. Мохнатая баранья шапка съехала ему на затылок, с моря веет свежестью в его высокий лоб, весь в мелких морщинах. Он философствует, не справляясь, слушаю ли я его, точно он говорит с морем:

— Верный богу человек идет в рай. А который не служит богу и пророку? Может, он — вот в этой пене. И те серебряные пятна на воде, может, он же. кто знает?

Темное, могуче размахнувшееся море светлеет, местами на нем появляются небрежно брошенные блики луны. Она уже выплыла из-за мохнатых вершин гор и теперь задумчиво льет свой свет на море, тихо вздыхающее ей навстречу, на берег и камень, у которого мы лежим.

— Рагим. Расскажи сказку. — прошу я старика.

— Зачем?- спрашивает Рагим, не оборачиваясь ко мне.

— Так! Я люблю твои сказки.

— Я тебе всё уж рассказал. Больше не знаю.

Это он хочет, чтобы я попросил его. Я прошу.

— Хочешь, я расскажу тебе песню?- соглашается Рагим.

Я хочу слышать старую песню, и унылым речитативом, стараясь сохранить своеобразную мелодию песни, он рассказывает.

I

"Высоко в горы вполз Уж и лег там в сыром ущелье, свернувшись в узел и глядя в море.

"Высоко в небе сияло солнце, а горы зноем дышали в небо, и бились волны внизу о камень.

"А по ущелью, во тьме и брызгах, поток стремился навстречу морю, гремя камнями.

"Весь в белой пене, седой и сильный, он резал гору и падал в море, сердито воя.

"Вдруг в то ущелье, где Уж свернулся, пал с неба Сокол с разбитой грудью, в крови на перьях.

"С коротким криком он пал на землю и бился грудью в бессильном гневе о твердый камень.

"Уж испугался, отполз проворно, но скоро понял, что жизни птицы две-три минуты.

"Подполз он ближе к разбитой птице, и прошипел он ей прямо в очи:

"- Да, умираю!- ответил Сокол, вздохнув глубоко.- Я славно пожил. Я знаю счастье. Я храбро бился. Я видел небо. Ты не увидишь его так близко. Эх ты, бедняга!

"- Ну что же — небо?- пустое место. Как мне там ползать? Мне здесь прекрасно. тепло и сыро!

"Так Уж ответил свободной птице и усмехнулся в душе над нею за эти бредни.

"И так подумал: "летай иль ползай, конец известен: все в землю лягут, все прахом будет. "

"Но Сокол смелый вдруг встрепенулся, привстал немного и по ущелью повел очами.

"Сквозь серый камень вода сочилась, и было душно в ущелье темном и пахло гнилью.

"И крикнул Сокол с тоской и болью, собрав все силы:

"- О, если б в небо хоть раз подняться. Врага прижал бы я. к ранам груди и. захлебнулся б моей он кровью. О, счастье битвы.

"А Уж подумал: "Должно быть, в небе и в самом деле пожить приятно, коль он так стонет. "

"И предложил он свободной птице: "А ты подвинься на край ущелья и вниз бросайся.

"Быть может, крылья тебя поднимут и поживешь ты еще немного в твоей стихии".

"И дрогнул Сокол и, гордо крикнув, пошел к обрыву, скользя когтями по слизи камня.

"И подошел он, расправив крылья, вздохнул всей грудью, сверкнул очами и — вниз скатился.

"И сам, как камень, скользя по скалам, он быстро падал, ломая крылья, теряя перья.

"Волна потока его схватила и, кровь омывши, одела в пену, умчала в море.

"А волны моря с печальным ревом о камень бились. И трупа птицы не видно было в морском пространстве.

II

"В ущелье лежа, Уж долго думал о смерти птицы, о страсти к небу.

"И вот взглянул он в ту даль, что вечно ласкает очи мечтой о счастье.

"- А что он видел, умерший Сокол, в пустыне этой без дна и края? Зачем такие, как он, умерши, смущают душу своей любовью к полетам в небо? Что им там ясно? А я ведь мог бы узнать все это, взлетевши в небо хоть ненадолго.

"Сказал и — сделал. В кольцо свернувшись, он прянул в воздух и узкой лентой блеснул на солнце.

"Рожденный ползать — летать не может. Забыв об этом, он пал на камни, но не убился, а рассмеялся.

"- Так вот в чем прелесть полетов в небо! Она — в паденье. Смешные птицы! Земли не зная, на ней тоскуя, они стремятся высоко в небо и ищут жизни в пустыне знойной. Там только пусто. Там много света, но нет там пищи и нет опоры живому телу. Зачем же гордость? Зачем укоры? Затем, чтоб ею прикрыть безумство своих желаний и скрыть за ними свою негодность для дела жизни? Смешные птицы. Но не обманут теперь уж больше меня их речи! Я сам все знаю! Я — видел небо. Взлетел в него я, его измерил, познал паденье, но не разбился, а только крепче в себя я верю. Пусть те, что землю любить не могут, живут обманом. Я знаю правду. И их призывам я не поверю. Земли творенье — землей живу я.

"И он свернулся в клубок на камне, гордясь собою.

"Блестело море, все в ярком свете, и грозно волны о берег бились.

"В их львином реве гремела песня о гордой птице, дрожали скалы от их ударов, дрожало небо от грозной песни:

"Безумству храбрых поем мы славу!

"Безумство храбрых — вот мудрость жизни! О, смелый Сокол! В бою с врагами истек ты кровью. Но будет время — и капли крови твоей горячей, как искры, вспыхнут во мраке жизни и много смелых сердец зажгут безумной жаждой свободы, света!

"Пускай ты умер. Но в песне смелых и сильных духом всегда ты будешь живым примером, призывом гордым к свободе, к свету!

"Безумству храбрых поем мы песню. "

______

. Молчит опаловая даль моря, певуче плещут волны на песок, и я молчу, глядя в даль моря. На воде все больше серебряных пятен от лунных лучей. Наш котелок тихо закипает.

Одна из волн игриво вскатывается на берег и, вызывающе шумя, ползет к голове Рагима.

— Куда идешь. Пшла!- машет на нее Рагим рукой, и она покорно скатывается обратно в море.

Мне нимало не смешна и не страшна выходка Рагима, одухотворяющего волны. Все кругом смотрит странно — живо, мягко, ласково. Море так внушительно спокойно, и чувствуется, что в свежем дыхании его на горы, еще не остывшие от дневного зноя, скрыто много мощной, сдержанной силы. По темно-синему небу золотым узором звезд написано нечто торжественное, чарующее душу, смущающее ум сладким ожиданием какого-то откровения.

Все дремлет, но дремлет напряженно чутко, и кажется, что вот в следующую секунду все встрепенется и зазвучит в стройной гармонии неизъяснимо сладких звуков. Эти звуки расскажут про тайны мира, разъяснят их уму, а потом погасят его, как призрачный огонек, и увлекут с собой душу высоко в темно-синюю бездну, откуда навстречу ей трепетные узоры звезд тоже зазвучат дивной музыкой откровения. 1895

М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

ПРОЩАЙ! М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

В ЧЕРНОМОРЬЕ М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

МОНОЛОГ ВАСЬКИ БУСЛАЕВА М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

ЛЕГЕНДА О МАРКО 1903

М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

А КТО ТАМ ИДЕТ М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

ИЗ ДНЕВНИКА Убийственно тоскливы ночи финской осени. В саду — злой ведьмой шепчет дождь; он сыплется третьи сутки и, видимо, не перестанет завтра, не перестанет до зимы.

Порывисто, как огромная издыхающая собака, воет ветер. Мокрую тьму пронзают лучи прожекторов; голубые холодные полосы призрачного света пронзает серый бисер дождевых капель. Тоска. И — люди ненавистны. Написал нечто подобное стихотворению. М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

ДЕВУШКА И СМЕРТЬ М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

БАЛЛАДА О ГРАФИНЕ ЭЛЛЕН ДЕ КУРСИ М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

СТИХИ ВЛАСА М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

ПЕСНЬ РАГНАРА М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

СТИХИ КАЛЕРИИ М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

СТИХИ ЛИЗЫ М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

СТИХИ ВАГИНА М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

СТИХИ СИМЫ ДЕВУШКИНА М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

СТИХИ ВИНЧЕНЦО М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

СТИХИ КЕРМАНИ М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

ПЕСНИ ИЗ ОЧЕРКА «НА ЧАНГУЛЕ» М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

СТИХИ ДЬЯКОНА . Дьякон, на вопрос Клима: что же сделал Васька Калужанин с неразменным рублем?— задумчиво рассказал:
— Вернулся Христос на небо, выпросил у Фомы целковый и бросил его Ваське. Запил Василий, загулял, конечно, как же иначе-то?

Пьет да ест Васяга, девок портит, Молодым парням гармоньи дарит, Стариков — за бороды таскает, Сам орет на всю Калуцку землю: «Мне плевать на всё — земные люди. Я хочу — грешу, хочу — спасаюсь! Все равно: мне двери в рай открыты, Мне Христос приятель закадышный». — А ужасный разбойник поволжский, Никита, узнав, откуда у Васьки неразменный рубль, выкрал монету, влез, воровским манером, на небо и говорит Христу: «Ты, Христос, неправильно сделал: я, за рубль, на великие грехи каждую неделю хожу, а ты его лентяю подарил, гуляке, — нехорошо это. » М. Горький. Стихотворения.
Библиотека поэта. Малая серия.
Москва: Советский писатель, 1947.

Убийственно тоскливы ночи финской осени. В саду – злой ведьмой шепчет дождь; он сыплется третьи сутки и, видимо, не перестанет завтра, не перестанет до зимы.

То крылом волны касаясь, то стрелой взмывая к тучам, он кричит, и – тучи слышат радость в смелом крике птицы.

В этом крике – жажда бури! Силу гнева, пламя страсти и уверенность в победе слышат тучи в этом крике.

Чайки стонут перед бурей,- стонут, мечутся над морем и на дно его готовы спрятать ужас свой пред бурей.

И гагары тоже стонут,- им, гагарам, недоступно наслажденье битвой жизни: гром ударов их пугает.

Глупый пингвин робко прячет тело жирное в утесах. Только гордый Буревестник реет смело и свободно над седым от пены морем!

Все мрачней и ниже тучи опускаются над морем, и поют, и рвутся волны к высоте навстречу грому.

Буревестник с криком реет, черной молнии подобный, как стрела пронзает тучи, пену волн крылом срывает.

Вот он носится, как демон,- гордый, черный демон бури,- и смеется, и рыдает. Он над тучами смеется, он от радости рыдает!

В гневе грома,- чуткий демон,- он давно усталость слышит, он уверен, что не скроют тучи солнца,- нет, не скроют!

Это смелый Буревестник гордо реет между молний над ревущим гневно морем; то кричит пророк победы:

– А-ала-ах-а-акбар. – тихо вздыхает Надыр-Рагим-Оглы, старый крымский чабан; высокий, седой, сожженный южным солнцем, сухой и мудрый старик.

– Верный богу человек идет в рай. А который не служит богу и пророку? Может, он – вот в этой пене. И те серебряные пятна на воде, может, он же. кто знает?

“Высоко в горы вполз Уж и лег там в сыром ущелье, свернувшись в узел и глядя в море.

“Высоко в небе сияло солнце, а горы зноем дышали в небо, и бились волны внизу о камень.

“Вдруг в то ущелье, где Уж свернулся, пал с неба Сокол с разбитой грудью, в крови на перьях.

“С коротким криком он пал на землю и бился грудью в бессильном гневе о твердый камень.

“- Да, умираю!- ответил Сокол, вздохнув глубоко.- Я славно пожил. Я знаю счастье. Я храбро бился. Я видел небо. Ты не увидишь его так близко. Эх ты, бедняга!

“- Ну что же – небо?- пустое место. Как мне там ползать? Мне здесь прекрасно. тепло и сыро!

“И так подумал: “летай иль ползай, конец известен: все в землю лягут, все прахом будет. “

“Сквозь серый камень вода сочилась, и было душно в ущелье темном и пахло гнилью.

“- О, если б в небо хоть раз подняться. Врага прижал бы я. к ранам груди и. захлебнулся б моей он кровью. О, счастье битвы.

“А Уж подумал: “Должно быть, в небе и в самом деле пожить приятно, коль он так стонет. “

“И предложил он свободной птице: “А ты подвинься на край ущелья и вниз бросайся.

“И дрогнул Сокол и, гордо крикнув, пошел к обрыву, скользя когтями по слизи камня.

“И подошел он, расправив крылья, вздохнул всей грудью, сверкнул очами и – вниз скатился.

“И сам, как камень, скользя по скалам, он быстро падал, ломая крылья, теряя перья.

“А волны моря с печальным ревом о камень бились. И трупа птицы не видно было в морском пространстве.

“Сказал и – сделал. В кольцо свернувшись, он прянул в воздух и узкой лентой блеснул на солнце.

“Рожденный ползать – летать не может. Забыв об этом, он пал на камни, но не убился, а рассмеялся.

“Пускай ты умер. Но в песне смелых и сильных духом всегда ты будешь живым примером, призывом гордым к свободе, к свету!

Одна из волн игриво вскатывается на берег и, вызывающе шумя, ползет к голове Рагима.

– Куда идешь. Пшла!- машет на нее Рагим рукой, и она покорно скатывается обратно в море.

Стихи Максима Горького

Я сердцем чувствую, как ты порой скучаешь,
Твои я вижу в снах печальные глаза,
Своею страстью мои губы обжигаешь,
А душу щемит не ушедшая тоска.

Мне одиноко без тебяне представляешь,
Как не хватает твоей ласки и тепла,
Своим ты обликом мне сердце согреваешь
И в сновидениях не уходить прошу тебя.

Стихи – Горькая горечь

Горько плачешь ты порою
Без причины, да навзрыд.
Что-то душу беспокоит,
Что-то ноет и болит.

Непонятные тревоги
И обида ни на что.
Увядание до срока
Неожиданно пришло.

Ах, ты, бедная Ириска,
Как травинка ты дрожишь,
Опустила носик низко
И губами шевелишь.

Голосок твой еле слышен.
Задаёшь вопросов рой.
Успокойся! Ну, садись же!
Знать желаешь что с тобой?

Но ответ то очевиден.
Он заметен за версту.
Чтоб не быть в подобном виде
Брось ты это наркоту!

Стихи – Горька ты поздняя любовь

Горька ты поздняя Любовь.
Весною Осень притворялась,
И сердце загорелось вновь,
И в пляс безудержный помчалось.

И все вдруг стало нипочем,
Хмельные ласковые зори,
И вновь родник забил ключом,
И сердце с разумом не спорит.

Но в жизни каждому – своё,
С Судьбою очень трудно спорить,
И разум все же восстает:
Зачем напрасно Замки строить?

Стихи слагать не мой удел,
Но чувства не могу понять свои иначе.
От горьких слов твоих ещё немного поседел,
Комок в груди и моё сердце плачет.

Ему отдашься в страсти мимолётной,
Но не получишь ласково “люблю” в ответ,
За удовольствие попросит мзды монетной,
А я без корысти любил, но больше меня нет.

Стихи – Стихи о любви можно слушать лишь сердцем!

Напрасные поиски! Где отыскать вдохновенье?
Заглядывал я уже тысячи раз под кровать.
И как, непонятно, свои.

Горькая горечь травит мне душу,
Горькие травы повсюду растут,
Горькие мысли давят и сушат
Кофе мне горький в кафе подадут.

Стихи – Горькая тоска

Тени на стене: полка, стол, кровать, только нет твоей,
Невозможно спать – не.

Стихи – Горькая правда и сладкая ложь

Горькая правда и сладкая ложь,
Скажем, в словах выражая,
Что себе в жизни, для жизни найдёшь,
Ими, в ней жить начиная.

Сладость, угодливых слов и лжи лести,
Сладость, роскошного быта дельцов.
Горький вкус пота, не прОдавших чести,
Горечь от боли, за правду, пинков.

И как же быть если ложь во спасение,
А правды горечью можно убить?!
И людям нужно не честное мнение,
А то, что их мысль, смогло потвердить.

Комментировать
0
Комментариев нет, будьте первым кто его оставит

;) :| :x :twisted: :sad: :roll: :oops: :o :mrgreen: :idea: :evil: :cry: :cool: :arrow: :P :D :???: :?: :-) :!: 8O

Это интересно

Стих Гордость Стихи
0 комментариев

Стих Представление Для Девочки Стихи
0 комментариев

Adblock
detector